| 200 лет — не история, а только 600? |
|
|
|
По вине руководства НП «Беловежская пуща» в глухом лесу догнивает разобранная по бревнам уникальная курная хата. Несколько лет назад об этом писали все белорусские СМИ. Участники проекта «Пуща без границ», проводившие в 2002 году комплексную «инвентаризацию» природных, культурных и этнографических ценностей в регионе Беловежской пущи, обнаружили в деревне Рожковка Каменецкого района чудом сохранившуюся курную хату 1837 года постройки. На тот день это было самое старое деревянное строение в окрестностях пущи по обе стороны границы. Рожковка — деревня сама по себе уникальная. Специалисты говорят, что аналогов ей нет ни на белорусской, ни на польской стороне пущи. Настоящее этнографическое поселение, реликт компактной сельской застройки, характерной для XIX века — с единственной улицей, вымощенной каменной брусчаткой, с деревянными избами, постройка почти половины из которых датируется концом XIX — началом XX века, и даже со своей легендой. Кто не слышал историю чудесного спасения Рожковки во время Великой Отечественной войны? И в этом этнографическом музее под открытым небом курная хата обещала стать самым драгоценным экспонатом. Где еще встретишь настоящее (не новодел!) деревянное строение с глинобитным полом, крошечными окнами примерно 50х55 см и входной дверью на деревянных завесах, в которую даже невысокий взрослый человек мог пройти лишь согнувшись, потому что ее высота — 151 см?! Увы, драгоценная находка пребывала в плачевном состоянии: крыша обвалилась, балки перекрытия сгнили. Еще одну зиму самая старая хата региона могла и не перенести. «Состоялось совещание с участием белорусских и польских специалистов по охране и реставрации памятников, мы пригласили опытных реставраторов из Белостока, и в итоге было принято решение провести консервацию объекта», — вспоминает один из участников проекта, в то время — научный сотрудник НП «Беловежская пуща» Николай Черкас. Хату тщательно обмерили, зарисовали и сфотографировали, а потом разобрали по бревнышкам, аккуратно сложив их под навесом. Добавим: польские реставраторы, проявившие неподдельный интерес к рожковской находке, заявили о готовности работать над нею бесплатно. По их подсчетам, для реставрации курной хаты требовалось 20 кубометров леса. По словам главного специалиста по охране историко-культурного наследия управления культуры Брестского облисполкома Леонида Нестерчука, принимавшего непосредственное участие в обследовании хаты, он несколько раз обращался в НП «Беловежская пуща» с просьбой помочь с лесом. Дело кончилось тем, что один из участников проекта, руководитель ОО «Ахова птушак Бацькаўшчыны» Виктор Фенчук, на собственные деньги купил шифер и рубероид для навеса, под которым сложили разобранную курную хату, а Дмитровичский сельсовет помог рабочими. Предполагалось, что весной 2003 года воссоздание и реконструкция курной хаты возобновятся. Но — не случилось. Проект «Пуща без границ» успешно завершился, собранные материалы легли в основу книги «Культурная спадчына рэгіёну Белавежскай пушчы», изданной на трех языках, и о громкой находке стали понемногу забывать. В том числе и — каюсь! — журналисты. …В начале этого года я оказалась в Рожковке по редакционным делам и, конечно же, захотела посмотреть на знаменитую курную хату. Хотя бы в виде сложенных под навесом бревен, впитавших в себя более 180 лет истории. «А нет больше нашей хаты, — огорошил меня председатель Дмитровичского сельсовета Иван Ильич Ярошук. — Уже полтора года как вывезли». Выяснилось следующее: в 2007 году решением межведомственного областного координационного совета по охране материального и духовного наследия (протокол от 28.06.2007 г.) был удовлетворен запрос дирекции НП «Беловежская пуща» о взятии шефства над историческим объектом «курная хата» в Рожковке. «Шефы» и вывезли разобранную хату в неизвестном для сельчан направлении. «Интересно, как они намеревались ее собирать, если записи нумерации бревен остались лишь у нас и у поляков?» — до сих пор недоумевает Виктор Фенчук. Место новой прописки «объекта» оказалось тайной не только для жителей Рожковки и журналистов. Я обзвонила кучу ведомств, задействовала всех знакомых, работающих в НП «Беловежская пуща», и даже направила официальный запрос на имя генерального директора заповедника Николая Бамбизы, оставшийся, впрочем, безответным. Ноль информации. Впрочем, подобному поведению начальника национального парка сегодня на Брестчине уже мало кто удивляется. «Где-то в пуще», — отвечали на расспросы чиновники, которые по долгу службы обязаны знать о состоянии и местонахождении исторических ценностей. Наконец, следы курной хаты отыскались в Дмитровичском лесничестве пущи. «Да, у нас эти бревна, — подтвердили в лесничестве. — Два года как лежат». Выяснилась и еще одна любопытная деталь: за эти два года журналисты «Вечерки» оказались первыми и единственными, кто проявил к ним интерес. Похоже, о курной хате забыла даже администрация пущи, последние годы жившая исключительно подготовкой к празднованию 600-летия заповедного режима. Может, пришла пора вспомнить? vb.by |
| < Пред. | След. > |
|---|